Мистер Бан, пекарь

В 1971 году психологи Барбара Баченен и Джеймс Бранинг опросили группу респондентов, чтобы выяснить, какие имена им нравятся, а какие – нет. Выявились прочные стереотипы. Из предложенных более чем тысячи имен особенные симпатии вызвали Майкл, Джеймс и Уэнди, а неприязнь – Элфрида, Персивал и Исидора. Не хотелось бы думать, что подобные эмоциональные реакции оказывают влияние на человеческую жизнь. Тем не менее так оно и есть.

В конце 1960-х годов американские исследователи Артур Хартман, Роберт Николей и Джесси Хёрли изучали такой вопрос: подвержены ли люди с необычными именами психологическим расстройствам в большей степени, чем их ровни, получившие обыкновенные имена. Они тщательно проверили более десяти тысяч судебных протоколов психиатрического освидетельствования и выявили восемьдесят восемь человек с весьма необычными именами типа Одер, Летал, Вира. Затем ученые из того же самого комплекта протоколов подобрали контрольную группу из восьмидесяти восьми человек с типичными именами, состав которой был аналогичен по полу, возрасту и месту рождения первой группе. Выяснилось, что вероятность диагностирования психоза у обладателей необычных имен была значительно более высока. Как отмечают авторы исследования: «Вопрос с именем ребенка… как правило, решается, когда он рождается, и будущей личности предстоит потом расти и развиваться в тени этого имени».

Другие исследования показали, что учителя выставляют более высокие оценки детям с приятными именами, что студенты колледжей с неприятными именами оказываются в гораздо большей социальной изоляции и что люди, чьи фамилии имеют негативные оттенки значения (например, Short – короткий, скудный, Little – маленький, ничтожный или Bent – согнутый, противоестественный), особенно часто страдают комплексом неполноценности.

В 1991 году Николас Кристенфелд, Дэвид Филлипс и Лаура Глинн из Калифорнийского университета в Сан-Диего получили данные, позволяющие предположить, что даже инициалы человека иногда становятся для него вопросом жизни или смерти. Исследователи с помощью электронного словаря выбрали все имеющиеся в английском языке трехбуквенные слова. Затем они выделили из них те, что несли в себе позитивный заряд (такие как Асе – ас, знаток, Hug – крепкое объятие, Joy – радость), и слова с негативным смыслом (Pig – свинья, Die – умереть). Затем, используя компьютерную базу данных, где хранятся свидетельства о смерти жителей Калифорнии, они определили возраст, в котором ушли из жизни люди с набором инициалов, образующих «позитивные» и «негативные» понятия. В результате исследователи обнаружили, что мужчины, имевшие инициалы с «позитивным» смыслом, прожили примерно на четыре с половиной года дольше, а с «негативными» инициалами умерли на три года раньше относительно среднего показателя. Женщины с «позитивными» инициалами прожили лишних три года, хотя «негативные» инициалы тоже вроде бы не оказали пагубного воздействия на здоровье своих хозяек. В ходе обсуждения возможных механизмов подобного явления исследователи пришли к выводу, что люди с «негативными» инициалами «зачастую вынуждены страдать из-за третирования со стороны окружающих». Это наблюдение подтверждает, в частности, тот факт, что люди с «негативными» инициалами чаще кончают жизнь самоубийством.

Но есть и хорошие новости для обладателей необычных имен и «негативных» инициалов. Так, в статье, озаглавленной «Монограммный детерминизм?», Стимиан Моррисон и Гэри Смит из Помонского колледжа в Калифорнии критикуют статистические методы, использованные в эксперименте их коллегами из Сан-Диего. Проведя аналогичное исследование, но с помощью более сложного и тонкого, по мнению Моррисонаи Смита, Анлизаони не смогли подтвердить результаты, полученные группой Кристенфелда.

А психолог Ричард Цвайгенхафт из Гилфордского колледжа в Северной Каролине указал, что обладатели необычных имен имеют и определенные преимущества. Например, носители стандартных имен часто жалуются на то, что такое же имя носит слишком много других людей. Ту же самую мысль подчеркнул и Сэмюэл Голдвин, который, узнав, что его друг назвал сына Джоном, съязвил: «С какой стати ты нарек его Джоном? Любого Тома, Дика и Гарри называют Джоном». Цвайгенхафт также отмечает, что нестандартные имена лучше запоминаются, и приводит несколько примеров из жизни известных спортсменов, чья слава объясняется – по крайней мере отчасти – тем, что в детстве их не совсем обычно называли. Как заметил один спортивный обозреватель газеты «Нью-Йорк пост», рассказывая об игроке бейсбольной команды «Окленд атлетике» Вайде Блу, «Америка узнала это имя мгновенно. Вайда Блу! Вайда Блу слетало с языка как Бейб Рут, Тай Кобб, Лефти Гроув».

Изучая, как влияют необычные имена на судьбы их обладателей, Цвайгенхафт произвольно отобрал 2000 человек из «Светского альманаха» и выделил из них тех, чьи имена упоминались только один раз. В результате получился список из 218 человек. Затем Цвайгенхафт отобрал из тех же 2000 еще 218 человек, имевших стандартные имена. И в заключение он обратился к справочнику «Кто есть кто», чтобы выяснить, какие люди – с обычными или необычными именами – чаще достигают высокого положения. Из 436 вариантов (2 218) 30 попали в справочник «Кто есть кто», и 23 из них входили в группу с необычными именами. Короче говоря, налицо доказательство того, что при определенных обстоятельствах нестандартное имя может сыграть положительную роль в вашей карьере.

Работа по изучению влияния, которое оказывают имена людей на их жизнь, проводилась и по другим направлениям. Так, результаты исследования профессора Бретта Пелхэма и его коллег из Университета штата Нью-Йорк в Буффало говорят о том, что наши имена способны влиять на выбор места жительства, профессии, партнера по браку, политических предпочтений.

Просмотрев огромное количество протоколов переписи населения в Америке, Пелхэм обнаружил переизбыток Флоренс во Флориде, Джорджей в Джорджии, Кеннетов в Кентукки и Вирджилов – в Виргинии. В ходе другого исследования изучались учетные документы системы социального обеспечения 66 миллионов американцев, умерших в городах, названия которых начинаются со слова «Сент» (например, Сент-Энн, Сент-Луис и т.д.). И снова оказалось непропорционально много Хелен в Сент-Хелене, Чарльзов в Сснт-Чарльзе, Томасов в Сет-Томасе и так далее. Дальнейший анализ показал, что данные результаты объясняются не тем, что родители дают имена своим отпрыскам по месту их рождения, а тем, что люди перекочевывают в города, в названия которых входит их собственное имя.

А могут ли аналогичные причины оказывать влияние на выбор брачного партнера? Охотнее ли, к примеру, люди вступают в брак с лицами, чьи фамилии начинаются с той же буквы, что и их собственные? Чтобы это выяснить, Пелхэм и его коллеги просмотрели свыше 15 000 официальных записей о регистрации браков между 1823 и 1965 годом. Получилась прелюбопытная картина: пар, фамилии которых начинаются с одной и той же буквы, оказалось значительно больше, чем можно было бы предсказать исходя из теорий вероятности. Озаботившись тем, что на подобный результат, возможно, повлиял этнический фактор (члены некоторых национальных групп имеют ограниченный выбор фамилий, начинающихся с определенных букв, и охотнее сочетаются браком друг с другом), группа Пелхэма повторила исследование, но на сей раз сосредоточила свое внимание на пяти наиболее распространенных американских фамилиях: Смит, Джонсон, Уильяме, Джонс и Браун. И снова повторился тот же результат: к примеру, люди по фамилии Смит охотнее вступали в брак с другими Смитами, чем с кем-то по фамилии Джонс или Уильяме, а те, кто носит фамилию Джонс, охотнее отвечали «да» другому Джонсу, чем какому-нибудь Брауну или даже Джонсону.

Группа Пелхэма также исследовала, как имя влияет на выбор рода занятий. Просматривая электронную документацию Американской ассоциации стоматологов и Американской ассоциации юристов, ученые обнаружили, что дантистов, чьи имена начинались с трех букв «Den» (dentist – зубной врач), было больше, чем носящих имена с первыми тремя буквами «Law» (закон). Аналогичным образом юристы (lawyers), в именах которых тремя начальными буквами были «Law», оказались в большинстве в сравнении с теми, у кого имена начинались с «Dcn». Далее группа Пелхэма отыскала в Интернете все скобяные лавки и компании по производству кровельных материалов в 20 крупнейших городах Америки и проверила, не начинаются ли имена или фамилии владельцев с буквы «Н» (hardware – скобяные товары) или «R» (roofing – кровельный материал). Оказалось, что имена хозяев компаний, занимающихся скобяными товарами, очень часто начинаются с буквы «Н» (например, «Harris Hardware), а имена владельцев кровельных компаний столь же часто начинались на «R» (например, «Rashid’s Roofing).

По мнению Пелхэма, та же зависимость наблюдается и в политике. В ходе президентской кампании 2000 года избиратели, чья фамилия начиналась с буквы «Б» («В»), с особым энтузиазмом поддерживали Буша (Bush), а люди с фамилией на «Г» («G») охотнее отдавали свои голоса за Гора (Gore). Сообщая о полученных результатах в прессе, Пелхэм замечает, что они «отображают нашу тягу ко всему, что напоминает нам о человеке, которого большинство из нас любит особенно нежно».

Но работы Пелхэма возникли не на пустом месте. Психологи не одно десятилетие удивлялись: почему значения фамилии человека так часто соответствует выбранной им профессии? В 1975 году Лоренс Каслер из Университета штата Нью-Йорк в Дженезео составил список из более чем 200 преподавателей и научных сотрудников высших учебных заведений, работающих в областях, ассоциирующихся с их фамилиями. В списке Каслера оказались подводный археолог по фамилии Басе (Bass – в переводе с английского означает «окунь»), брачный консультант Бридлав (Breedlovc – любовь к потомству), эксперт по налогообложению Дью (Due – сбор, пошлина, налог), специалист по болезням женских половых органов Хаймен (Hymen – девственная плева, гимен) и педагог-психолог Мампауэр (Mumpower – материнская власть).

В конце 1990-х годов журнал «Ныо сайентист» обратился к читателям с просьбой прислать аналогичные образчики из собственной жизни. Получился обширный список, куда, в частности, вошли учительницы музыки мисс Бит (Beat – ритм, такт) и мисс Шарп (Sharp – диез), сотрудники Британской метеорологической службы Флад (Flood – наводнение), Фрост (Frost – мороз), Везеролл (Weatherall – все о погоде), консультант по вопросам сексуальных отношений Ласт (Lust – вожделение, похоть), врач, специалист по пневмонии Эчу (Atchoo – апчхи!), юридическая фирма под названием «Лолесс энд Линч» («Lawless& Lynch» – «Беззаконный» и «Линчевать»), частные детективы «Вайр энд Тэппинг» («Wyre & Tapping – «Стукач» и «Подслушивание») и руководитель психиатрической больницы доктор Макнатт (McNutt – Макнатт – Мак-псих, Мак-придурок). Лично мне больше всех нравятся авторы книги «Путеводитель по морскому побережью для студентов» Джон и Сьюзен Фиш (Fish – рыба).

Итак, работы Пелхэма свидетельствуют о том, что некоторые люди испытывает подсознательное влечение к видам деятельности, связанным с их именем. Будучи профессором психологии по фамилии Вайзман (Wiseman – мудрец), я никак не могу позволить себе скептически относиться к этому выводу.


Что ты думаешь по этому поводу?

Изображения должны быть включены!